Фальшивка с гарантией
Новый русский, покупая картину Рембрандта, спрашивает: «А гарантия, что картина не поддельная, есть?» «Конечно, - отвечает продавец. - Гарантия три года».
Этот анекдот, по мнению преподавателя Академии изобразительного искусства и архитектуры Натальи РОМАНОВОЙ, очень ярко иллюстрирует ситуацию с экспертизой в Украине на сегодняшний день.
Понятие «эксперт», согласно версиям ряда словарей, имеет два значения - во-первых, это знаток или специалист чего-либо, и второе - специалист, дающий официальное заключение. Но сейчас, считает искусствовед, «экспертами» называется кто угодно. Так, например, как рассказала Наталья Романова, с середины 1990-х годов на базе одного из ведущих музеев заповедника «Киево-Печерская лавра» под грифом ВМК «Эксперт» сотрудниками выдавались заключения, которые иногда подписывались девичьими фамилиями, либо подписи на этих документах не поддавались расшифровке. (Для объективности автор этих строк попыталась связаться с руководством ВМК «Эксперт», но в заповеднике «Киево-Печерская лавра» сообщили, что ничего подобного в их структуре нет. Поэтому, если организация объявится, мы готовы предоставить ее сотрудникам слово.)
«В экспертизе анонимность и псевдонимы невозможны, это противоречит самому понятию экспертизы, - возмущается искусствовед Романова. - Если «эксперты» не называют своих фамилий, то это знак того, что они не уверены в своих заключениях. А бывает, что эксперты не пишут свои фамилии, потому что просто стыдно перед коллегами. Вот у меня дома есть заключение на якобы оригинал картины известного художника, экспертизу проводил специалист в области археологии. Для меня большая загадка: как человек, четверть века проработавший в археологии, может с точностью определить подлинность картины, не изучая работы художников этого периода?».
По мнению Натальи Романовой, профессиональных узкоспециальных экспертов в столице не более 10 человек, а требуется таких знатоков гораздо больше. Дефицит устраняется за счет специалистов из других областей. Быть экспертом в наши дни, как оказалось, не сложно: ведь единой методики экспертизы у нас просто не существует, во всяком случае, в Министерстве культуры.
Хотя подобный документ уже есть на вооружении Министерства юстиции - инструкция «о проведении судебных экспертиз от 8 октября 1998 года», которая обязывает указывать Ф. И. О. эксперта, должность, стаж работы. «Эта инструкция хоть и толковая, но решительно не соответствует практике Минкульта, - считает Романова. - Приняв эту инструкцию, Министерству культуры придется разогнать более половины сотрудников, включая директоров. Вот и делают вид, что проблемы с экспертизой вроде бы и нет».
Именно неразбериха с экспертной оценкой и создает почву для хаоса на арт-рынке. С другой стороны, удивляет само Министерство культуры, под эгидой которого проходила выставка «Украинская живопись 1945-1989 годов. Из частных коллекций». Разве нет там специалистов, которые, готовясь к выставке, могли бы поинтересоваться происхождением экспонатов. Как минимум выяснить, что авторской копии «Свадьбы» Яблонской не существует. Допустим, что это непростительная халатность чиновников от культуры. Или, может быть, такое «невежество» кому-то выгодно?
Откуда: http://virtualgallery.org.ru/articles/clony.php